1. Введение

Терроризм продолжает оставаться одной из наиболее опасных угроз общественной и государственной безопасности. В российской правовой системе противодействие терроризму строится на сочетании политических, организационных, информационных, социально-экономических и уголовно-правовых мер

[1][5][7]

В рамках настоящей статьи под уголовным правосудием понимается не вся совокупность антитеррористической деятельности государства, а именно осуществляемая судом деятельность по рассмотрению и разрешению уголовных дел о преступлениях террористической направленности. Такое уточнение необходимо, поскольку позволяет отграничить правосудие от оперативно-розыскной деятельности, предварительного расследования, прокурорского надзора и иных форм государственной реакции на террористическую угрозу.

Актуальность исследования обусловлена тем, что современные формы террористической деятельности становятся все более сложными по способам организации, информационному сопровождению и механизму вовлечения новых участников. Это требует не только совершенствования уголовного закона, но и анализа того, каким образом судебная практика реализует задачи предупреждения и наказания террористических преступлений. Научный интерес к данной теме поддерживается и тем, что в отечественной юридической литературе имеются монографические и диссертационные исследования, посвященные уголовно-правовому противодействию терроризму

[8][9][10]

2. Методы и принципы исследования

Методологическую основу исследования составили общенаучные и частнонаучные методы познания. В работе использованы формально-юридический, системно-структурный, сравнительно-правовой и статистический методы. Формально-юридический метод позволил проанализировать содержание норм Федерального закона «О противодействии терроризму», Уголовного кодекса Российской Федерации, актов Президента Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации

[1][5][6]

Исследование основано на принципах законности, научной объективности, системности и комплексности. Принцип законности означает, что анализ строится на действующих нормативных правовых актах и официальных разъяснениях судебных органов. Принцип объективности предполагает учет не только нормативных предписаний, но и реальной судебной практики, отраженной в статистических материалах. Принцип системности выражается в рассмотрении уголовного правосудия не изолированно, а в связи с иными элементами государственной антитеррористической политики. Принцип комплексности предполагает исследование не только карательной, но и профилактической функции суда.

3. Основные результаты

Проведенное исследование показало, что уголовное правосудие в сфере противодействия терроризму реализует не только функцию наказания, но и самостоятельную профилактическую функцию. Судебная профилактика выражается в обеспечении неотвратимости ответственности, в формировании единых подходов к квалификации преступлений террористической направленности и в назначении наказания, способного выполнять как карательную, так и общепредупредительную и частнопредупредительную задачи.

Для целей правоприменения существенное значение имеет определение круга анализируемых составов. В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 февраля 2012 г. № 1 к преступлениям террористической направленности относятся деяния, предусмотренные статьями 205, 205.1, 205.2, 205.3, 205.4, 205.5, 206, 208, 211, 220, 221, 277, 278, 279, 360 и 361 УК РФ

[3][4]

Установлено, что современное уголовное законодательство создает для суда возможность реагировать на террористическую деятельность на разных стадиях ее развития. Ответственность предусмотрена не только за оконченный террористический акт, но и за содействие террористической деятельности, публичные призывы к осуществлению террористической деятельности, публичное оправдание терроризма, прохождение обучения в целях осуществления террористической деятельности, организацию террористического сообщества, участие в деятельности террористической организации, а также за несообщение о преступлении

[2][3]

Анализ судебной статистики подтверждает значимость рассматриваемой категории дел для современной судебной практики. По данным Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации за 2024 год, к лишению свободы по статье 205 части 1 УК РФ были осуждены 31 человек, по части 2 этой статьи — 38 человек, по части 3 — 6 человек; по статье 205.1 части 1.1 — 89 человек; по статье 205.2 части 2 — 120 человек; по статье 205.3 — 46 человек; по статье 205.5 части 2 — 87 человек

[6]

Исследование также показало, что квалификация террористического акта имеет ключевое значение для всей системы уголовного правосудия. В соответствии со статьей 205 УК РФ и разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации обязательным признаком террористического акта выступает специальная цель — дестабилизация деятельности органов власти или международных организаций либо воздействие на принятие ими решений

[2][3]

Установлено также, что уголовное правосудие сочетает репрессивные меры с правовыми стимулами к отказу от преступной деятельности. Ряд примечаний к статьям УК РФ предусматривает возможность освобождения от уголовной ответственности в случае своевременного сообщения органам власти и активного способствования предотвращению террористического преступления

[2]

4. Обсуждение

Полученные в ходе исследования данные свидетельствуют о том, что уголовное правосудие в сфере противодействия терроризму следует рассматривать прежде всего как правовой инструмент, посредством которого государство дает окончательную уголовно-правовую оценку совершенному деянию и определяет меру ответственности виновного лица. Именно на судебной стадии завершается процесс правового осмысления обстоятельств преступления, установленных при его выявлении, пресечении и расследовании. В связи с этим результативность противодействия терроризму определяется не только качеством уголовно-правового регулирования, но и последовательностью судебной практики, обеспечивающей единое понимание и применение соответствующих норм.

Не менее важным представляется вопрос о допустимом соотношении публичных интересов обеспечения безопасности и необходимости строгого соблюдения процессуальных гарантий. Хотя террористические преступления по своему характеру предполагают жесткую реакцию со стороны государства, это не может служить основанием для отступления от фундаментальных начал уголовного судопроизводства. Напротив, рассмотрение дел данной категории требует особенно тщательной оценки доказательств, точного толкования уголовного закона и безусловного обеспечения права на защиту. Игнорирование этих требований способно привести к тому, что правосудие будет подменено логикой исключительно репрессивного воздействия, что противоречит принципу законности.

Обсуждение судебной профилактики показывает, что она имеет ограниченный, но значимый характер. Суд не устраняет социальные, экономические, идеологические и психологические причины терроризма напрямую. Однако через назначение справедливого наказания, единообразное применение закона и публичную оценку террористической деятельности как одной из наиболее опасных форм преступного поведения он формирует общепредупредительный эффект. В этом смысле уголовное правосудие выступает частью более широкой системы государственной профилактики терроризма, дополняя деятельность органов исполнительной власти, образовательных учреждений, средств массовой информации и институтов гражданского общества

[1][5][7]

Следует также учитывать, что устойчивое присутствие в судебной практике дел о пропаганде терроризма, обучении, участии в террористических структурах и содействии террористической деятельности свидетельствует о трансформации самой террористической угрозы. Современный терроризм существует не только как акт непосредственного насилия, но и как многоуровневая сеть организационных, идеологических и коммуникационных практик. В этих условиях судебная практика приобретает значение инструмента раннего правового пресечения, однако именно поэтому возрастает риск чрезмерно широкого толкования отдельных признаков составов преступлений. Это требует особой точности судебной квалификации и постоянного обращения к официальным разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации.

5. Заключение

Таким образом, уголовное правосудие занимает центральное место в механизме противодействия терроризму, поскольку обеспечивает окончательную правовую оценку деяния, разграничивает террористические составы со смежными преступлениями, реализует общую и специальную превенцию и назначает справедливое наказание. Под уголовным правосудием в данной сфере следует понимать деятельность суда по рассмотрению и разрешению уголовных дел о преступлениях террористической направленности, а не всю совокупность государственных мер по борьбе с терроризмом.

Проведенное исследование показало, что действующее российское законодательство позволяет суду реагировать как на террористический акт, так и на широкий круг организационных, подготовительных, кадровых, информационных и идеологических форм террористической деятельности. Данные судебной статистики свидетельствуют о том, что дела о преступлениях террористической направленности продолжают занимать заметное место в правоприменительной практике, а лишение свободы остается основным видом наказания, назначаемым за совершение таких деяний. Вместе с тем качество осуществления правосудия по данной категории дел определяется не только строгостью санкций, но и правильностью уголовно-правовой оценки содеянного, установлением специальной цели террористического преступления, учетом характера и степени участия виновного, а также неукоснительным соблюдением процессуальных гарантий.

Результативность уголовного правосудия в рассматриваемой сфере обусловлена совокупностью взаимосвязанных факторов. К ним относятся своевременное обновление уголовного законодательства, формирование устойчивых и единообразных подходов в судебной практике, опора на официальные статистические данные при оценке тенденций правоприменения, соблюдение требований законности и справедливости, а также взаимодействие уголовно-правовых средств с иными направлениями государственной политики в области противодействия терроризму. В силу этого уголовное правосудие следует рассматривать не только как форму реализации наказания, но и как важнейший правовой элемент общей системы предупреждения, пресечения и нейтрализации террористической деятельности.

The additional file for this article can be found as follows: